Когда в конце 2022-го розничные цены на говядину начали ползти вверх, большинство аналитиков кивали на логистику и западные ограничения. Я тоже так думал. Пока не залез в данные глубже.
Оказалось: главный драйвер роста цен на говядину в России — не импорт, а структурный дефицит маточного поголовья, который копился с 2014 года. Санкции лишь ускорили процесс, который был неизбежен.
Поголовье, которое никто не считал
По данным Росстата, численность КРС в России снизилась с 19,9 млн голов в 2013 году до 17,4 млн в 2024-м. Это минус 12,5% за десятилетие. Причём снижение шло тихо, без заголовков — по 1–2% в год. Никто не бил тревогу. А зря.
Маточное стадо (коровы на воспроизводство) сократилось ещё сильнее — примерно на 18%. Это означает, что даже при желании наращивать производство быстро не получится: биологический цикл КРС не обмануть. От телёнка до убойного быка — минимум 18 месяцев. Отрасль просто физически не может реагировать на рыночный спрос так же быстро, как, например, птицеводство.
Импорт не спасёт — и вот почему
Россия исторически покрывала часть потребности в говядине за счёт импорта из Бразилии, Аргентины и Беларуси. Бразильский и аргентинский объёмы сохранились, но выросли в цене: курс рубля и логистика сделали своё дело. Белорусы, в свою очередь, сами наращивают внутреннее потребление.
В 2023 году импорт говядины в Россию составил около 280 тыс. тонн в убойном весе. Это примерно 17% внутреннего потребления. Заменить этот объём отечественным производством за 1–2 года — нереально.
Кто выиграл
Крупные вертикально интегрированные агрохолдинги — в первую очередь. Компании, у которых есть и откорм, и переработка, и собственная розница, смогли удержать маржу даже при росте себестоимости. Мелкие и средние производители оказались в тисках: корма дорожали быстрее, чем они успевали перекладывать издержки в цену.
По моим расчётам на основе открытых данных Минсельхоза и ИКАР, рентабельность среднего мясного хозяйства в 2023 году упала до 4–7% против 12–15% в 2021-м. Это уже не бизнес — это выживание.
Что будет дальше
Вот контринтуитивный тезис: цены на говядину в ближайшие 2–3 года продолжат расти — даже если инфляция замедлится. Причина — инерция отрасли. Сокращение поголовья 2014–2022 годов «аукнется» дефицитом убойного скота именно сейчас. Плюс себестоимость производства выросла структурно: ветпрепараты, техника, энергоносители.
Единственный сценарий стабилизации — масштабные инвестиции в маточное стадо прямо сейчас, с горизонтом отдачи 4–5 лет. Есть ли у отрасли для этого ресурсы и воля?
Практический вывод для игроков рынка
Если вы — переработчик или ритейлер: закладывайте в модели рост закупочных цен на говядину ещё на 15–20% к 2026 году. Это не пессимизм — это арифметика.
Если вы — производитель: сейчас, как ни странно, лучший момент для инвестиций в расширение поголовья. Дефицит гарантирован, цены — на вашей стороне.
Хотите получить аналитический отчёт по динамике цен, и прогнозам на говяжьем рынке России?
Запросить бесплатный отчёт
